Для любого исход запредельно понятен, - Кости, зубы, цветы, глинозем, древесина, А пока вдалеке от работ и занятий Мы плывем поступательно и реверсивно. Спохватиться нежданно, как только приспичет - В этом полностью мы, в нас гуляет беспечность, Мы на трудности спичем наложим импичмент, Пусть ведет нас вслепую трамвайный диспетчер. Праздно в штатском по улицам темным шататься, Удивляя прохожих "культурностью" реплик, И рискнуть, заливая глотку шампанским, Чтоб залить его сверху чем-то более крепким. Пусть завидуют нам простаки и зануды, Чтоб на нас посмотреть восстают мертвецы. Наше все - образ жизни такой шизанутый, Мы не верим ни в чертиков, ни в мистицизм. "Carpe diem!" - так гордо звучит на латыни, Жизни в нас, как любви к Изольде в Тристане. Если нужно, то мы умрём молодыми, И поплачем, но только когда нас не станет... Что-то вовсе дела не идут. В понедельник Родилось поколенье. Вот тебе круговерть! И считать благоверным во всей канители Не носить группу крови на рукаве. Не сочувствовать искренне жертвам трагедий, Не поняньчить дите, пока он еще хлюпик, Не гордиться пущенной в космос ракете, Не любить так, как мать бескорыстно нас любит. Где все это? Куда же оно подевалось? Кто накинет на плечи спасенья жилет? Может быть, завалялась под пыльным диваном Та надежда, о которой нам лишь сожалеть...